Теодор и Рэйчел

Опубликовано в Giantess & Shrinking

 

...

...

Озвучивает: Алекс и Екатерина
Жанр: эротический аудиорассказ
Формат: mp3
тип: Аудиокнига
Качество: 192 kbps
Продолжительность: 34:32
Размер: 47,4 Mb

Отрывок рассказа


Рассказ полностью

Теодор и Рэйчел
Однажды в субботу днем он шел по Тоттенхем Корт-роуд по направлению к
Хемпстеду и вдруг увидел Рэчел Бернштейн, приближавшуюся к нему. Она шла
медленно, задумчиво, освещенная весенним солнцем, и ее подвижное лицо
просияло при виде его.
- Хэлло, Теодор, куда вы торопитесь?
- Я иду домой. Не могу рисовать сегодня.
- Ведь сегодня суббота.
- Терпеть не могу оставаться на воскресенье в Лондоне.
- Скучно?
- Скучно.
Они в нерешительности стояли несколько мгновений, глядя друг на друга и
не говоря ни слова. Она смотрела на него каким-то странным взглядом, в
котором светилась сдерживаемая радость.
Но нельзя же стоять так целую вечность, не говоря ни слова. Теодор
приподнял шляпу и пошел; прошел несколько шагов.
- О Теодор! - крикнула она. И очутилась рядом с ним. - Идемте со мной
пить чай, Теодор, - сказала она. - Я предлагаю: пойдемте куда-нибудь и
выпьем чаю. Поговорим. Я давно хочу поговорить с вами. Здесь недалеко есть
кондитерская. Зайдем выпьем чаю. Это будет забавно.
Она нервно посмеивалась, говоря это. Они пошли в кондитерскую, дорогой
она неумолчно болтала, перескакивая с одного на другое. Ей никогда не
удается поговорить с ним. А ей так всегда хотелось этого.
- Я знаю, вы интересный человек и вы говорите такие дельные вещи. Но
когда мы встречаемся в компании, мне никогда не удается добраться до вас.
А теперь вы будете мой.
Это был приятный тон разговора.
Они уселись за маленький мраморный столик и заказали чай. Оба почему-то
были нервно настроены и возбуждены. Хотя, в сущности, для этого не было
никаких оснований. Его заражало какое-то исходившее от нее возбуждение.
Она заговорила о его убеждениях.
- Я думаю, вы знаете, что я тоже ультракоммунистка. Мне кажется, это
открывает дорогу к настоящей жизни, к настоящей свободной социальной
жизни. Я думала вступить в социал-демократическую федерацию, но там такая
косность, такое доктринерство. Там нет вашего освобождающего
артистического духа. Вы ведете к чему-то более прекрасному. Ведь правда
же?
Теодор чувствовал, что ему следовало бы что-нибудь сказать, поскольку
он оказывался носителем идеи, ведущей к чему-то более прекрасному. Но он
не нашелся что сказать, к тому же она продолжала говорить, и она сидела к
нему так близко, насколько это было допустимо в кондитерской, ее рука
касалась его руки, она не сводила глаз с его лица.
- Что вы думаете о моем брате Мелхиоре? - неожиданно спросила она.
Она не дала ему времени ответить.
- Он упрямый и сильный человек, вы не находите? У него блестящий ум, но
в нем есть что-то жестокое. Он влюбился. Вы знаете, влюбился внезапно. И
уехал с ней.
- С кем? - спросил Теодор.
- Не знаю. Уехал с ней. Исчез до понедельника, и я не знаю, куда.
Оставил меня одну в квартире. - Она помолчала минутку.
- Я думал, вы живете с родными, - заметил Теодор.
- У нас нет родных в Лондоне. Мать умерла два года тому назад. Мы
сироты. Мелхиор моложе меня на два года. Когда мы были маленькие, я могла
заставить его реветь в любое время, - такой он был нюня, а теперь по вашим
мужским законам к нему перешло три четверти состояния, а мне досталась
одна четвертая часть. Подумайте только! И даже эта четвертая часть
находится под его опекой, пока мне не исполнится тридцать лет. Я должна
обращаться за деньгами к нему. Вот это - равенство полов, как его понимали
наши отец и мать. Но не будем говорить об этом. Я веду для него хозяйство.
С нашей старой служанкой. Старой няней. И даже она ушла сегодня из дому на
весь день, до позднего вечера.
Снова наступило молчание. Теодор старался отогнать от себя разные
странные мысли.
- Вы должны посмотреть нашу квартиру, - сказала Рэчел. - Вы, наверно,
ужасно считаетесь со всяческими условностями, - прибавила она, - правда?
- Я ненавижу буржуазные условности, - сказал Теодор.
Ее темные глаза заглянули в его глаза с какой-то особенной, мягкой
настойчивостью. Они говорили непостижимые, волнующие вещи. Они сделались
темнее и глубже. Какая-то неожиданная красота была в этом разгоряченном,
пылающем лице, которое он видел так близко. Она чуть-чуть улыбалась. Ее
большой полуоткрытый рот с пухлыми губами сделался удивительно
притягивающим.
- Как это глупо, не правда ли, - сказала она низким вкрадчивым голосом,
- что мы пьем чай здесь, когда я могла бы приготовить вам чай собственными
руками у меня дома.
Слова были простые, но, казалось, в них скрывался какой-то неуловимый
смысл.
- Почему нам не пришло это в голову? - сказал Теодор так же вкрадчиво.
- Вам должна понравиться наша квартира. Такая забавная маленькая
квартирка, - у нас есть несколько японских гравюр и масса плакатов.
Знаменитый плакат Бердслея.
- Я никогда их не видел, - сказал Теодор. - Я только слышал о них. - И
по какой-то непонятной причине его охватила нервная дрожь. - Я бы с
удовольствием посмотрел...
- Хотите? - сказала она, и глаза ее засияли. - Вы правда хотите?
- С удовольствием посмотрел бы, - решительно сказал он и принял ее
вызов.
Квартира была совсем близко, она помещалась в отстроенном заново нижнем
этаже дома георгианского стиля. Вестибюль был общий для всего дома, и вид
у него был весьма непритязательный. У Рэчел было два ключа: один от
подъезда и другой от ее квартиры. Первая комната представляла собой нечто
вроде мастерской, в ней стоял диван, который мог служить кроватью; кроме
этой комнаты, была еще большая ванная комната и две комнаты в глубине;
двустворчатая дверь из первой комнаты вела в одну из них.
- Глупо, что мы пошли пить чай в эту дурацкую кондитерскую, - сказала
Рэчел. Несколько секунд она стояла не двигаясь, и Теодор тоже стоял молча,
не двигаясь. Затем она как будто что-то решила. - Подождите меня минутку,
Теодор, пока я пойду сниму шляпу.
Она замялась, потом подошла к окну и задернула шторы. Остановилась,
посмотрела на него и затем скрылась за двустворчатой дверью.
Теодор смотрел на груду бумаг на столе, на книги, стоящие на полке
вдоль стены, но в этом участвовали только его глаза, а сам он был весь
сплошная буря невероятных предчувствий. Через некоторое время появилась
Рэчел, переодетая с головы до ног. Его предчувствия перешли в уверенность.
Она распустила свои пушистые волосы, и они лежали буйной черной копной. На
ней был легкий свободный халатик, и ее шея и стройные ноги в красных
домашних туфлях были голые. Она остановилась в дверях.
Теодор не мог выговорить ни слова. Он кашлянул.
- Вы нравитесь мне такая, - наконец вымолвил он.
- Я нравлюсь вам? - сказала она, осмелев, и подбежала к нему. - Я
нравлюсь вам такая? Дорогой мой, - прошептала она, положив руки ему на
плечи и приблизив вплотную к его лицу свое пылающее лицо. - Как вы
относитесь к коллективному браку? К тому, чтобы все красивые люди могли
жить друг с другом? Вы думаете... - Сердце его неистово билось. -
Поцелуйте меня, милый.
Он поцеловал ее и нерешительно обнял. Под мягким халатиком не было
ничего, кроме стройного трепещущего тела. Он сжал ее в своих объятиях.
- Сними этот свой буржуазный воротничок, - сказала она, обхватив его
руками. - Мой дорогой! Кто тебя научил целоваться?
- Это приходит само, - сказал он и снова поцеловал ее.
- Иди сюда! Сними совсем свою куртку. Сними воротничок. И зачем только
мужчины носят воротнички! Скорей. Вот так! О! Милое атласное плечо, такое
гладкое, такое твердое. Какая чудесная вещь тело! А мы прячем его.
Отвернись на минутку. Ну, вот теперь смотри! Видишь, какие маленькие
грудки, чуть-чуть побольше твоих...
Они вновь сплелись в страстном поцелуе. Теодор избавился от своей одежды , и теперь сквозь тонкую материю халата ощущал тепло и все изгибы её желанного тела. Рэйчел тоже ощущала своими бедрами его давно поднявшееся и готовое к активным действиям мужское естество.
Она толкнула его на диван, и забралась сверху.
— Итак, приступим — объявила она, поудобнее устраиваясь на нем. Девушка куснула его за ухо, губками спустилась к шее. Шаловливым язычком прошлась вниз к груди, животу, ниже... Ниже... Чуть царапнув ногтями, она стянула его кальсоны , и её взору предстал вставший член.
Замешкавшись меньше чем на секунду, Рэйчел поцеловала его головку, прошлась язычком до его основания. Немного поиграв с мошонкой, она заглотила головку, и, старательно работая языком, проходила губами по стволу, захватывая то треть, а то и половину его длинны.
Было видно, что Рэйчел старается вовсю, самая получая какое-то удовольствие от процесса. Теодор лишь поглаживал её по шелковистым волосам, она же работала над стволом: то вбирая его почти что до основания, то выпуская и теребя ладонью, то беря в рот яйца.
Ему не хотелось прекращать это сладострастное безумие, однако Теодору не терпелось взять девушку и по другому. Он перевернулся и подмял ее под себя . Халатик всё ещё скрывал её наготу от его жадного взгляда, и он сорвал его, снова обнажив аккуратные маленькие груди с задорно торчащими сосками, самую малость выпирающий, но упругий животик, и небольшую, без малейших волосиков киску. Рэйчел явно ухаживала за собой, и его это покорило.
Одну руку он положил под голову Рэйчел, и, направив член, плавно ввёл его. Девушка протяжно застонала, сжав Теодора в обьятиях. Чувствовалось, что она возбуждена, влагалище было очень влажным. Он начал поступательные движения, губами целуя её тело, особое внимание уделяя прекрасным, грациозно колыхающимся в такт движениям, грудям.
Сжимая ладонью упругую ягодицу девушки, он все увеличивал темп, его фрикции становились более быстрыми и жесткими. Рэйчел старательно подмахивала ему, она громко стонала, эти стоны перемешивались с вскриками. От страсти он начал шлепать её, его пятерня оставляла красные следы на нежной коже девушки.
Когда он окончательно разошелся и входил в девушку с силой и скоростью отбойного молотка, Рэйчел протяжно и сладострастно закричала и, вцепившись в его спину ногтями, начала кончать, стягивая член сжимающимся влагалищем. От такой «дойки» и болевой стимуляции, он не мог больше сдерживаться, и издавая звериный рык, начал кончать, по инерции ещё двигаясь внутри девушки. Ещё несколько минут блаженствуя, он лежал практически на Рэйчел, даже не пытаясь выйти из неё.
А спустя ещё час, они просто лежали на кровати. Её голова покоилась на плече Теодора , а его рука игралась с её волосами. (Далее диалог).
Р: Это было великолепно, милый....Но я хочу еще !
Т: Я с удовольствием , дорогая ! Но, может, мы сначала посмотрим гравюры ?
Р: Не беспокойся, мой мальчик. То, что я хочу тебе предложить, не потребует от тебя много сил. Я хочу, чтобы ты поиграл со мной.
Т: Поиграл ? В каком смысле ?
Р: В прямом. Я могу стать твоей игрушкой.
Т: Извини, милая, я не понимаю, о чем ты.
Р: Cейчас обьясню. Мой организм обладает одной интересной особенностью. После близости с мужчиной я могу уменьшаться в размерах. И довольно сильно, примерно в десять раз. Правда, ненадолго, приблизительно на час. Это будет забавно ! Только представь, как ты со мной развлечешься , когда я стану маленькой !
Т: Ты, наверное шутишь, дорогая ? Это невозможно !
- Не веришь ? -сказала она, решительно вставая . "Хочешь в этом убедиться ?
Т: Да, с удовольствием посмотрел бы .
Р: Ну, тогда смотри... Видишь, я уменьшаюсь...
- О боже, Рэйчел ! -воскликнул Теодор, вскочив с дивана . Ты действительно становишься меньше ! Я глазам своим не верю ! Ты уже четыре фута ростом ! О ! ... А теперь - два ... Как ты это делаешь ?!
Р: (продолжая уменьшаться) Честно говоря , понятия не имею. Но после интима я это делаю абсолютно без напряжения. Так, пожалуй, хватит. Видишь, какая я стала маленькая... Теперь мой рост примерно шесть дюймов.... Я вся в твоей власти о мой повелитель... Делай со своей ничтожной беспомощной рабыней, что пожелаешь... Возьми меня..
- Д-да, конечно.. Иди ко мне, милая... - Теодор наклонился и через мгновение Рэйчел оказалась пленницей гигантской руки, которая стремительно вознесла ее вверх к его огромному лицу.
-Ох... Не так быстро, дорогой... - простонала она, почувствовав неприятное ощущение внизу живота, вызванное резким ускорением.
-Извини... - смутился Теодор, виновато глянув на свою уменьшенную любовницу. Заполучив Рэйчел в свои руки, причем в самом буквальном смысле, некоторое время он рассматривал ее со всех сторон, (при этом она понимающе усмехалась), потом усадил на ладонь.
-Тебе удобно, дорогая ? - спросил он, любуясь своей крошечной голой подружкой, которая вольготно развалилась в его руке, приняв довольно откровенную позу.
-Очень ! Как в кожаном кресле ! Я люблю быть уменьшенной... Ммм..Это так возбуждает ! ...А тебе нравится держать на ладони меня, такую маленькую и совсем голенькую девушку ? - спросила она, кокетливо улыбаясь.
Т: Да...Ты мне нравишься, Рейчел. Твое обнаженное тело кажется еще более совершенным в миниатюре...Ты мне понравилась с первого взгляда ! Но сейчас ты такая крохотная, и я держу тебя как куколку, и… ну, я боюсь того, что может произойти, если… "
Рейчел привстала, держась за его палец. "Если что?" спросила она с большим напряжением.
"Если я сделаю то, что хочу сделать," -смущенно сказал он.
"И что же это?" спросила она с любопытством . Ее сердце билось учащенно, пока она ждала его ответа, затаив дыхание.
"Если я пойду дальше," ответил Теодор, медленно приближая свою другую руку ближе к ней, "и сделаю это."
С этими словами он протянул руку и взял ее. Его указательный и безымянный палец тесно обвились вокруг ее туловища, но не на столько тесно, чтобы причинить ей боль. Рейчел поняла, что она тоже дрожит, когда его палец начал нежно массировать ей спину. "Охх," вздохнула она глубоко. "O, Теодор , это такое чудесное ощущение!"
"Ты уверена?" спросил он. " Я не хочу причинять тебе боль."
"Мне не больно," ответила она, вытянув руки и полностью расслабившись. "Это просто фантастика! Ахх...Можешь делать это сильнее, если хочешь."
"Хорошо," согласился он, сжимая ее немножко сильнее. "Если ты так говоришь."
Рейчел громко ахнула от нахлынувших ощущений. Услышав это, он обеспокоено остановился. "О, нет, все хорошо!" быстро крикнула она. "Продолжай! Пожалуйста!
Он начал снова, и Рейчел обмякла в его руке в полном блаженстве. Пробегающее по ее телу покалывание было абсолютно восхитительно… это был лучший массаж спины из всех! Его толстый, мясистый палец, казалось, способен массировать везде одновременно, посылая волны наслаждения вверх и вниз вдоль ее позвоночника. Она знала, что заснет через несколько минут, если он продолжит в том же духе.
Или, возможно, случится что-то совсем иное. Она обнаружила, к своему удивления, что приятное чувство охватило не только ее спину. О, Боже, взмолилась она отчаянно, что бы ни случилось, не дай ему остановится!
И Теодор не остановился. Он расслабил пальцы и наклонил ее вперед, так что теперь она лежала почти параллельно полу. Большой палец его руки начал двигаться широкими кругами от плеч до конца спины, захватывая ягодицы. Когда он касался ее там, нажим был намного легче, как будто бы он боялся нарушить частное пространство. Он, казалось, начал смелеть, так как она мурлыкала тихонько от восторга и вздыхала от блаженства при каждом круговом движении.
Вскоре его палец двигался вверх и вниз так же уверенно, как и по кругу. Понемногу, осторожно, он двигал свой палец все дальше и дальше вниз, пока он не начал массировать заднюю часть бедер так же, как и все остальное. Его прикосновения опять стали очень нежными и размеренными, как будто бы он знал, что рискует, касаясь этой части ее тела. Каждый раз, двигая свой палец вверх, он был очень осторожен, дабы случайно не задеть ее интимное место . Проклятье, думала Рейчел, он слишком скромный. "И чего только он стесняется ? Особенно после того, что между нами было" Хотя это ее больше не заботило. Сейчас она была в раю. Прикосновение этих теплых, невероятно грубых, но, в то же время, мягких пальцев к ее обнаженной плоти не было похоже ни на одно знакомое ей ощущение. Ничто не приносило ей такого удовольствия, думала она мечтательно. Когда он растирал ее спину, по коже пробегали обычные мурашки, как от хорошего массажа, но когда он касался кожи на ее ногах – как будто электричество пробегало по ее телу.
"С тобой все в порядке?" не останавливаясь спросил Теодор. Сейчас большой палец его руки ласкал ее всю, от шеи и вниз до ступней.
"О, Боже, да," выдохнула она с наслаждением. "Мне лучше, чем я могла мечтать!"
"Мне тоже," ответил он честно. "Ты такая нежная, Рейчел. Я даже представить не мог, что буду чувствовать что-либо подобное. Твои ноги…" Он нервно сглотнул и выдал удушающий звук, как будто не в силах продолжить.
Рейчел хотела посмотреть в его глаза, но никак не могла заставить свои веки открыться. "Что мои ноги?" удалось ей выдавить слова сквозь дымку экстаза.
"Они идеальны," ответил Теодор после долгой паузы. "Такие ровные…они просто захватывающие . С первой нашей встречи я хотел прикоснуться к ним… а сейчас они такие маленькие! Я не думал, что они могут быть более сексуальными, но я ошибался."
Говоря эти слова, он осторожно опустил ее на диван, убедившись, что ей будет вполне комфортно . Она не удосужилась спросить, почему он уложил ее, ей было все равно. Она была слишком занята наслаждением от непрерывного ощущения плоти Теодора на ней, ведь он не останавливал массаж ни на мгновение. Как только она благополучно приняла правильное положение, он просунул указательный палец вниз под ее тело, приподняв правую ногу. Работая указательным и большим пальцем, он начал вращать ее бедро между ними, и она чуть не вскрикнула от нахлынувших ощущений. "О, Боже, Теодор !" взвизгнула она. "Мне так хорошо! А ! ... А!...О, да, не останавливайся!"
Он задействовал свой средний палец, лаская у нее под коленкой. "Тебе действительно нравится?" спросил он, удивляясь, что ей это нравилось так же сильно, как и ему.
"Да!" дико крикнула она. "O, Господи, да! А! .. Тебе… тебе действительно нравятся мои ноги ?.. Ахх!.." Ее вопрос был произнесен в промежутке между глубокими страстными вздохами. "Тебе все равно, насколько они маленькие?"
"Нет, нет, конечно нет!" ответил он, почти глотая слова, как будто испытывая те же удивительные ощущения, которыми наслаждалась она в этот момент. "Как мне может быть все равно? Мне нравится, какая ты крохотная. Мне нравится держать тебя в руке… я не знаю почему, но мне нравится. Это не чувство власти или что-либо другое, просто ты выглядишь восхитительно."
"Спасибо!" ахнула она, так как он начал массировать другую ногу. "Ах! О, Боже, это что-то! Сильнее ! Пожалуйста!"
"Ты уверена?" спросил он колеблясь.
Рейчел не смогла больше выдержать. Неожиданно, с большим усилием, она перевернулась в его руке, так что его пальцы теперь прочно сидели между ее бедер, и его большой палец лежал на ее нежных коленях. "Да!" воскликнула она. "Пожалуйста! Сильнее… и выше!"
Он начал массировать ее снова, осторожно изучая ее ноги уже с противоположной стороны. Она постепенно и соблазнительно раздвинула ноги, направляя его дрожащий палец вверх, пока он не достиг самой интимной части ее тела.
Он быстро отдернул руку. "Рейчел !" ахнул он. "Ты уверена, что ты… я имею в виду, ты чувствуешь… о, черт, она мокрая!"
"Я знаю!" ответила она "Она и должна быть мокрой! А сейчас, пожалуйста, ласкай меня там! Ласкай меня везде! Пожалуйста! Я твоя маленькая куколка! Поиграй со мной! Пожалуйста,Теодор ! ПОИГРАЙ СО МНОЙ, РАДИ ВСЕГО СВЯТОГО!"
Вдохновленный ее отчаянными словами, он закусил нижнюю губу и начал неистово массировать. Его пальцы начали с внутренней части ее бедер, с неимоверным трепетом задевал он кончиком большого пальца ее нежную промежность.
" Ах!... Ах! ... А! " - громко ахала она при каждом прикосновении, выгибая спину так, как будто просила поднять ее вверх. Со смелостью, подстегнутой ее эйфорической реакцией, он обхватил ее маленький упругий зад своим указательным пальцем и нажал у нее между ног большим пальцем.
" О!.. О!... Какое блаженство ! А!!..." кричала Рейчел в полном экстазе, когда он массировал крошечными круговыми движениями это мягкое, мокрое место. Хотя не было никакого проникновения, она чувствовала, как будто занимается любовью с тремя мужчинами одновременно. На ее теле были три эрогенные зоны . Теодор, в силу своих огромных размеров и нежных рук, добрался до всех этих зон одновременно, в дополнение к самому главному месту из всех.
Рейчел понятия не имела, как долго она томилась в полном восторге. Его натиск очень постепенно становился все сильнее и сильнее, поднимая ее к новым вершинам удовольствия, но не позволяя ей достичь удовлетворения. Она не знала, или не хотела знать, когда это случится, но она начала громко стонать, (А!.... А!... А!... А!...) пронзительно делая каждый вдох. Окружающий мир поблек, не оставив ничего кроме невероятно сильного пульсирующего, сдавливающего движения, которое охватило ее целиком. Ничего другого не существовало, кроме массивных, сильных, невозможно нежных пальцев Теодора.
О, Боже, кто мог знать, что все будет именно так? Он был таким большим, а она была такой маленькой! Она была его игрушкой, с которой он забавлялся. Он был великаном из сказки, о котором она всегда мечтала, а она была его пленницей. Его крошечной рабыней. Он мог делать с ней все, что хотел.
И он делал.
И это было так приятно!
" АААААА !!!!" -последний раз крикнув, она кончила. Ее тело сотрясалось в раю совершенства, о котором знали немногие женщины. В то время, как она царапала его толстую кожу в приступе экстаза, он сделал окончательное сжимающее движение, которое буквально оставило ее бездыханной. Это последнее ощущение унесло ее еще выше, за пределы рая, к одному яркому моменту абсолютной красоты, что заставило ее чувствовать себя единым целым со вселенной.
Потом этот момент прошел, и она обнаружила себя обмякшей в его руке, глотая воздух и борясь с одышкой. Ее сердце вылетало из груди. Если она сейчас умрет, то это стоило того. Уже только один этот момент делал ее жизнь стóящей.
Она открыла глаза и ласково взглянула на Теодора . Волосы вокруг его лба были пропитаны потом, и он вытер его тыльной стороной ладони. Его лицо было красным, казалось, несколько незаметных морщинок появилось на нем, но ей было все равно. "С-спасибо, Теодор," прошептала она между короткими, прерывистыми вдохами. "Эт-то было… о, Боже, я не знала, что когда-либо буду чувствовать такое!"
Он застенчиво улыбнулся и, казалось, засмущался. "Пожалуйста," пробормотал он. "Мне было приятно, Рейчел."
"Ты в порядке, Теодор?" спросила она, пытаясь сесть. Ее мускулы не хотели слушаться, так что она просто вяло лежала в его ладони. Его рука была даже более удобной, чем когда-либо прежде.
"Я? О, да, я в порядке," ответил он нервно. "Я просто… ну, я имею в виду, то есть, когда ты… я тоже"
"Ты тоже что?" спросила она, но когда он посмотрел вниз, то она сразу все поняла . "О! Ты сделал это? В самом деле? Когда?"
"Когда и ты…Я имею в виду, ты и я, похоже, одновременно."
"O! Это чудесно!"
"Согласен," сказал Теодор с усмешкой. "И я думаю… Я имею в виду, если ты захочешь, может когда-нибудь мы это повторим?"
"О, конечно да!" почти выкрикнула она. "Ты должен! Я имею в виду, я хочу! В любое время! Ну, почти в любое, только не сейчас! Я не думаю, что мое тело сможет выдержать такое удовольствие еще раз так скоро!"
. "Я рад, что не раздавил тебя, Рейчел. ."
"Так, а теперь, пожалуй, мне пора снова вырасти "- сказала Рэйчел. "... Ну вот, я уже нормального размера. Когда мы сможем снова увидеться, Теодор ?"
"Думаю, мне удастся смыться завтра из дома после обеда" - сказал Теодор, начиная одеваться.
"Тогда я буду ждать тебя," - сказала Рэйчел, поцеловав его на прощание.